Швейцарский рынок альтернативных инвестиций стремительно развивается. Фонд для ограниченного круга квалифицированных инвесторов (Limited Qualified Investor Fund, L-QIF) позволяет запустить швейцарский фонд быстрее, чем когда-либо, а токенизация открывает новые возможности для структурирования частных инвестиций. В то же время регуляторный периметр меняется: возможное ужесточение правил «Lex Koller» в сфере недвижимости и расширение режима Закона о противодействии отмыванию денег (AMLA) с октября 2026 года требуют пристального внимания. Д-р Александр Шименц и д-р Татьяна Захарова рассматривают пять вопросов, которые должен задать себе каждый инициатор фонда, инвестор и консультант.
1. Что такое L-QIF и почему это важно?
L-QIF — это новая категория швейцарских фондов, которые можно запускать без одобрения продукта со стороны FINMA при условии, что фонд предназначен исключительно для квалифицированных инвесторов и управляется учреждением, находящимся под надзором FINMA. Это не «нерегулируемый» фонд: управляющий остаётся поднадзорным, и на него распространяются обязанности по отчётности. Однако такой фонд даёт значительно больше гибкости в выборе инвестиционной стратегии, структуры и сроков, чем традиционный фонд, одобренный FINMA. С момента вступления в силу соответствующих изменений Закона о коллективных инвестициях 1 марта 2024 года L-QIF быстро стал самым значимым событием на швейцарском рынке фондов за многие годы.
2. Если в Швейцарии теперь есть L-QIF, почему многие управляющие по-прежнему создают фонды за рубежом?
Регулирование редко является главной причиной. Швейцария находится за пределами ЕС и ЕЭЗ, поэтому швейцарский фонд не получает автоматического маркетингового паспорта в соответствии с директивой AIFMD. Предложение фонда профессиональным инвесторам в Европе может потребовать отдельных уведомлений в каждой стране. Люксембург, Ирландия и Мальта, напротив, позволяют лицензированному управляющему предлагать фонд ЕС или ЕЭЗ на всей территории ЕЭЗ на основании единого уведомления. Свою роль играют также налоговый режим, привычность для инвесторов и развитая инфраструктура поставщиков услуг. Во многих случаях управляющий остаётся в Швейцарии, а сам фонд учреждается за рубежом.
3. Что изменит предлагаемая реформа Lex Koller для инвесторов в недвижимость?
Окончательных решений пока нет: в 2026 году проект прошёл процедуру общественного обсуждения, и ему ещё предстоит парламентское рассмотрение. Однако в нынешней редакции он означал бы существенное ужесточение: котируемые фонды недвижимости, SICAV и L-QIF недвижимости утратили бы действующее освобождение от ограничений для «лиц за рубежом», приобретение коммерческой недвижимости исключительно в инвестиционных целях (а не для собственной хозяйственной деятельности покупателя), как правило, потребовало бы разрешения, а общенациональная квота на дома для отдыха сократилась бы с 1 500 до 750 объектов в год. Инвесторам и управляющим фондами, имеющим вложения в швейцарскую недвижимость, следует внимательно следить за развитием событий.
4. На кого впервые распространится реформа AMLA 2026 года?
С 1 октября 2026 года определённые адвокаты, нотариусы, семейные офисы, фидуциары и консультанты будут обязаны соблюдать требования по противодействию отмыванию денег, если они участвуют в определённых сделках: в частности, в сделках с недвижимостью, создании или управлении структурами для владения активами, продаже компаний и долгосрочном предоставлении услуг домициляции. Ключевой момент: обязанности возникают в зависимости от конкретной сделки, а не от статуса. Юридическая фирма может подпадать под действие закона по одному мандату и не подпадать по другому, а традиционная юридическая деятельность (заключения, стратегия ведения споров, представительство) по-прежнему защищена профессиональной тайной. Затронутым компаниям следует уже сейчас проанализировать свои мандаты и обновить процедуры принятия клиентов.
5. Можно ли действительно поместить здание «на блокчейн»?
Не совсем. Токенизация меняет способ учёта и передачи прав на актив, но не меняет сами эти права. Токен, представляющий, например, долю в компании, владеющей недвижимостью, по-прежнему подчиняется тому же корпоративному праву, тому же налоговому режиму и, где применимо, тем же ограничениям Lex Koller, что и базовое право. Швейцарское законодательство о DLT (действующее с февраля и августа 2021 года) создаёт прочную правовую основу для токенизации, а в марте 2025 года FINMA выдала лицензию первой в стране торговой DLT-площадке. Однако вопросы хранения, налогообложения и комплаенса не исчезают лишь потому, что актив стал цифровым. Напротив, они требуют ещё более тщательного структурирования.
Это лишь краткий обзор быстро развивающейся области. С полным юридическим анализом, включая подробное рассмотрение налогообложения L-QIF, обязательств по соблюдению санкционных требований в рамках AMLA и практических вопросов структурирования токенизированных инвестиций, можно ознакомиться в полной статье Trends & Developments авторства д-ра Александра Шименца и д-ра Татьяны Захаровой для Chambers Global Practice Guides: practiceguides.chambers.com – Switzerland, Alternative Funds 2026, Trends & Developments
У вас есть вопросы о том, как эти изменения повлияют на ваш фонд, инвестиционную структуру или систему комплаенса? Свяжитесь с командой LINDEMANNLAW.
